Все мы неудачники; все мы умрём.
Фаулз. Аристос

Логика современных инженеров такова: чтобы сделать автомобиль безопаснее, его нужно разрушить. Оценив повреждения, полученные манекенами, специалисты определяют, какие элементы конструкции требуется усилить, чтобы они защитили водителя, а какие – ослабить, чтобы они, разрушаясь при аварии, приняли на себя энергию удара и тем помогли устоять усиленным элементам. А если повезёт, то изучение последствий разрушения может натолкнуть и на принципиально новые идеи, сулящие технологический прорыв и победу в конкуренции с другими брендами. Одна из таких идей, например, привела к тому, что тяжёлый мотор, при лобовом столкновении оказывавшийся в салоне, у современных автомобилей в такой критической ситуации уходит под днище, благодаря чему у пассажиров возрастают шансы попасть на больничную койку, а не на железный стол.

Эта логика – не плод гениального открытия, а всего лишь заимствование у природы. Правда, эволюция куда более безжалостна, чем даже самый изощрённый маньяк-потрошитель. Перебирая тысячи форм, жертвуя мириадами живых существ, она прокладывает дорогу самым совершенным механизмам приспособляемости и выживаемости, какие только могут возникнуть у живого существа, наделяя ими всё, сущее ныне, в том числе человека. Это означает одно: те, кто придёт вслед за нами, будут отличаться от нас и будут совершеннее нас только потому, что мы жили, страдали и умерли. Если с нами этого не произойдёт, то после нас не будет никого. Но, чёрт возьми, как же трудно себе представить, что через сто лет никто из ныне живущих не будет ходить по земле! И если бы каждый из нас тайно не надеялся превозмочь безвременье своими деяниями, то что, кроме надежды, питало бы нас жизненной силой?

Но эта надежда имеет свои пределы: в повседневности мы с радостью освобождаем себя от страданий, тревог и боли, если только это освобождение становится возможным. Технический прогресс паразитирует на этом стремлении: смысл каждого нового научного изобретения, каждой технической новинки, каждого достижения цивилизации сводится к тому, чтобы облегчить человеку его земной путь, доставить ему максимум комфорта при минимуме усилий. Ведь это же естественно, правда? Но тут есть одна проблема.

Человечество катается на своих безлошадных телегах уже более ста лет, а жертв – в относительном пересчёте – меньше, вроде бы, и не становится. Грубо говоря, сколько смертей на сотню автомобилей в год приходилось, столько, похоже, и приходится. Дело тут в том, что как только автомобиль становится безопаснее, водитель тут же притапливает педаль газа. Малейшее усиление безопасности немедленно компенсируется новыми возможностями, которыми – таково правило прогресса – каждый обязан сразу воспользоваться. Ответ на вопрос «Почему?» очень прост: это эволюция человеческого вида продолжает отрывать нам головы в автомобильных авариях, впрыскивать героин в вены, заражать вирусом иммунодефицита, поражать мозг телевизионной пропагандой и творить с нами прочие мерзости, от которых весь наш комфорт и вся липовая безопасность катятся к чёртовой бабушке. Жизнь – это непрерывный краш-тест человека во имя сохранения вида. Поэтому, когда бездушные эксперты эволюции в виде безличных статистических механизмов будут с невозмутимым видом замерять смещение позвонков и фиксировать форму разрыва селезёнки у вашего трупа, выковыриваемого из груды искорёженного металла, не смущайтесь: это необходимо для того, чтобы ваш праправнук получил шанс родиться и пожертвовать собой во имя человечества – так же, как это обязательно сделаете вы.

Краш-тест

Краш-тест

Что жизнь твоя? Сражение
За первенство в судьбе:
Успей своё движение
Облечь в изображение
На финишной стене.

Автор текста: Игорь Якушко
Автор изображения: Павел Соло
Название изображения: «The Winner Takes It Wall»
Источник изображения

Что до художника, то его положение и тут разнится с участью соплеменников: сотворяя небывалое ценою ослепляющего и крайне болезненного прозрения, пусть ненадолго, но всё же, он получает божественную возможность сопричастия свершающемуся на небе и на земле посредством творческой энергии, в каждом акте своего творения постулируя недоступное прочим: «Я есмь, ибо свидетельствую сущее перед лицом грядущего». Конечно, ни один художник не избегнет участи размазаться о стену конечности существования. Но мысль о том, что его личный краш-тест предстанет в виде самого настоящего схождения с облаков, наполняет горечь его существования неизъяснимым блаженством.

Когда человек появляется на свет, его никто не спрашивает, хочет ли он быть. Наоборот, обычно все при этом присутствующие делают всё возможное для того, чтобы вновь прибывший внезапно не прекратил своего хрупкого существования. Его родители тоже не слишком задаются подобными вопросами: на счастье или на беду себе появляется их стараниями новая жизнь? Так надо. И даже на смертном же одре, если вообще такая возможность предоставляется, человек оказывается не в состоянии преодолеть привычных оценочных категорий, чтобы осмыслить пройденный путь: ну, дерево, ну, дом, ну, сына, ну и ладно. А то – и того нет. Но что же тогда есть? Чего ради, собственно, каждому человеку приходится преодолевать путь мучительных противоречий, кроме как для продолжения жизни на земле?

Универсального ответа не существует. Но зато есть множество персональных и групповых концепций, используемых в качестве ориентиров каждым человеком. Персональные ориентиры многообразны. Страх божий и подготовка к царствию вечному. Самопознание и развитие. Познание и преодоление. Любовь. Творческий экстаз. Созидание. Упоение властью. Стремление к свободе. Последовательное достижение локальных целей. Получение впечатлений. Чувственное удовлетворение. Потребление материальных удовольствий. Грёзы. Забытьё… Групповые ориентиры тоже различны. Религиозный экстаз. Мораль. Массовая культура и зрелища. Законы. Государство. Патриотизм. Пацифизм. Политика и борьба за власть. Общественная активность и борьба за материальные блага. Наука. Эзотерика. Объединения. Трудовые коллективы. Война…

Заблудиться в таком лабиринте немудрено. Слишком мощно и пёстро обрушивается на новорождённого мир. И у крошечного пищащего комочка, который счастливая мать прикладывает к груди, и который спустя несколько лет свяжет свою самоидентификацию с одним из перечисленных установлений, имеются все шансы попасть не туда, промазать, ошибиться и, в конце концов, прожить ту самую жизнь, единственной опорой которой станет слепое следование традиционным ценностям и нарочитое, панически-категоричное отрицание малейшего сомнения в правильности избранного пути. Ибо такое сомнение чревато фатальным обессмысливанием и без того достаточно бессмысленной жизни. Пусть уж идёт, как идёт, хоть так, чем совсем уж никак.

И вот шагают по улицам городов-миллионников, плетутся по задворкам периферийных трущоб, месят сельскую грязь и топчут пыль бесконечных дорог потерянные люди, избравшие в качестве ориентира заимствованный сценарий, одну из пёстрых карнавальных лент общечеловеческой круговерти, не своё, чуждое, постороннее. И маются ежедневно, гонимые будильником заскорузлых истин на ненавистную работу, общаясь с отвратительными для себя персонажами, делая то, что не приносит никакой радости, вынужденно живя. И маются еженощно, не в силах заснуть по давлением пугающей пустоты, замещающие её вселенское молчание телевизионными иллюзиями и заглушающие звон тишины в ушах алкоголем. И ищут спасения в общении с такими же, как они, потерявшимися, в дружбе ли, в семье ли, и не находящими его, бессильно скрежещущие во сне зубами от абсолютной невозможности что-либо изменить. Потому что дом, семья, работа, привычки, насиженные стены, социальный статус, смутная вера в разделённость мира на добро и зло, а главным образом, навязанные личным опытом иллюзии не пускают их, вынужденно рождённых, к свободе от себя самих.

Вынужденный живой

Вынужденный живой

Раз уж родился – так гони
навязчивую мысль:
«Я бог», «Я раб», «Я благ», «Я наг»,
«Я червь» иль «Я министр».
Кем бы тебя ни нарекли,
кем бы себя ни счёл –
Не суть, но роль, того, кто в мир
неназванным пришёл.

Автор текста: Игорь Якушко
Автор изображения: Enisey A.
Название изображения: «***»
Источник изображения

В этой фотоработе – редкий случай, когда отсутствие названия действительно значимо, действительно имеет смысл. Смешение полов – один из самых простых и выразительных способов социального обезличивания. Смешение чувств зрителя, вызываемое таким эпатажным способом – всего лишь крохотная щель в сплошном заборе общепринятых установлений, на которых держится общественное бытие и которыми уничтожается бытие личное. Через эту крохотную щель пробивается луч света, слепящий каждого, кто рискнёт припасть к ней, чтобы лицезреть свободу от навязанных иллюзий. Для многих такая интенсивность света будет смертельной, ибо лишит возможности ориентироваться в привычном кротовом полумраке реальной действительности. Но это единственный способ преодолеть вынужденность существования и наполнить его осознанным смыслом. Другими словами, быть свободным и счастливым может лишь тот, кто действует в соответствии со своим предназначением, а не с требованиями навязываемых ролей. Только кому-то удаётся сходу уловить это своё предназначение и заботиться лишь о том, чтобы не отступать от него, кто-то ищет его всю жизнь, преодолевая и себя, и обстоятельства, а множеству и множеству несчастных сей поиск чужд, потому что и страшен, и болезнен. Они суть вынужденно живые, и град их обречён, и участь их печальна, как участь всех мертворождённых.

Маниакальное пристрастие к фотографированию в турпоездке – всего лишь частное, но весьма показательное проявление симптоматичного обезвоживания личности. Страсть к запечатлеванию во что бы то ни стало, любой ценой, предметов и событий, свидетелями которых ты стал, имеет те же сакральные корни, что и стремление нацарапать своё имя, или даже просто мистическое трёхбуквенное заклинание, на каком-нибудь древнем камне. Оно объясняется непреодолимой тягой убедить себя и других в том, что «я есмь». Ибо дышать, бояться и хотеть для этого – недостаточно. Важно засвидетельствовать тот факт, что всё действительно происходило. Началось это, конечно же, не сегодня: ещё троглодиты малевали на стенах пещер охрой; быть может, тут и родилось искусство. Но вот почему в одном случае примитивное малеванье развилось в живопись, в других же – всего лишь свелось к заборной росписи и дурманящему клацанью фотографическим затвором?

Тут срабатывает эффект замещения реальности её изображением. В лёгких случаях это проявляется в том, что положенные им впечатления от своего путешествия несчастные туристы получают не в момент попирания сандалией путешественника древних каменьев, а в час просмотра отснятых материалов. То есть, хоть и с отсрочкой по времени, но рано или поздно они всё-таки понимают, что действительно были там, но просто не успели заметить этого, поскольку были заняты фотографированием. Доходит до смешного: самые яркие детали путешествия открываются этим горе-фотографам лишь из собственных фотоальбомов. Но смех этот горек. Ибо прогресс не стоит на месте, и теперь мы имеем дело с куда более серьёзными процессами массового выпадения из реальности – благодаря телевидению.

Заметьте, о чём сегодня говорят между собою люди. О полученных от жизни впечатлениях и опыте? Об увиденных красотах земли? О постигнутых тайнах, прочитанных книгах, достигнутых результатах? Нет, увы, нет. Всё чаще их речи, обращённые к другому, не имеют никакого содержания, ибо посвящены одному, и только одному предмету. Каждый из них рассказывает друг другу о том, что кому показали по телевизору. И чем серьёзнее затрагиваемая тема, тем чаще источником информации, предметом обсуждения и результатом разговора оказывается увиденное по ящику. И это – уже страшно. Поскольку приводит к онемению жизненной жилки. Рецепторы реальности отмирают за ненадобностью. И вот уже никого не удивляют довольно дикие с точки зрения здравого смысла случаи. Когда, например, миллионному городу, задыхающемуся в дыму от горящих вокруг лесов, сообщают по ящику, будто все пожары потушены, и все начинают считать, что так оно и есть. Причём, Джанни Родари отдыхает, поскольку в стране Лжецов, куда попал Джельсомино, все претворялись, а тут никто особо и не сомневается: настоящая реальность в ящике, всё остальное – сон.

Фото жизни

Фото жизни

Когда отснятый материал
Задел вас за живое,
Взгляните под ноги, друзья
Не вправду ли такое?

Автор текста: Игорь Якушко
Автор изображения: Kraen
Название изображения: «***»
Источник изображения

На этой фотоработе, при всей её карикатурности, остроумно и точно уловлено это состояние анемии сознания, обезвоживания личности. Люди сделали дело, добились цели – получили желаемые фотографии. А какой ценой – не важно, совершенно неважно. И если из ящика им скажут, что жизнь налаживается, что страна поднялась с колен, что пожары потушены, коррупция побеждена, а проголосовать надо вот за эту жирную морду, которая потом не даст убрать из того же ящика пивную рекламу, потому что пиво скорее полезно, чем вредно – они поверят и сделают, как им скажут, потому что их настоящая жизнь это не жизнь, а фото жизни. А то, что за рамками этой фотографии – это уже не про них. Но что же делать, чтобы вернуться? Может, попробовать не брать с собою фотоаппарата?

…и превратилось всё золото
в черепки.
«Золотая антилопа»

Лукавству денег нет предела. Они заманчиво маячат на горизонте, предельно понятные и непостижимые одновременно. В силу того, что деньги – универсальный эквивалент всем измеряемым ценностям, они стремятся подменить эти ценности собой, оценить неоценимое и установить меру всем вещам, всему, из чего состоит мир. Но проблема в том, что мир принципиально неизмерим, а потому не может иметь меры. Отсюда проистекает глобальное противоречие человеческого бытия, благодаря которому деньги стали величайшей тайной, о которую разбиваются лбы, ломаются судьбы, спотыкаются жизни, и, в то же время, благодаря которой совершаются поступки, делаются открытия и перекраиваются границы. И эта тайна, разумеется, стала предметом пристального внимания искусства, изобразительного в том числе.

Кто не мечтает о них, их не имея? Кто не боится с ними расстаться, их получив? Кто не связывает с ними свои планы, не ставит от них в зависимость своё счастье? Кто принимает решения без оглядки на деньги? Кто не боготворит и не проклинает их? Кто не пытался сделать вид, что их нет, и не убеждался, что от них зависит всё? Кто готов оспорить связь с деньгами свободы, безопасности, благополучия, удовлетворения и исполнения мечты? Кто свободен от порабощения ими? Трудно отстаивать свою независимость в мире, где деньги играют первую скрипку. Где главный герой кинематографа – чемоданчик с купюрами. Где спортивный азарт измеряется оборотами клубов и гонорарами игроков. Где произведения искусства выступают в роли объектов для инвестирования. Где браки заключаются на страницах договора о предстоящем разделе имущества, а дети становятся предметом торга. Где роскошь соседствует с нищетой, а культ потребления стал международной религией. Где жажда обладания ненужными предметами сводит людей с ума, толкает к насилию, сажает за решётку, выбрасывает из окон. Власть денег сильна, и тайна их не разгадана.

Говорят, что если все деньги мира поделить поровну между всеми людьми, то через месяц имущественное неравенство вернётся к прежним масштабам. Замечено, что ударный труд не гарантирует от нищеты, а патологическое лентяйство не истощает роскоши. Гении нередко умирают в бедности, а ловкачи и прохвосты натаскивают простаков на «гениальность». Потом и кровью добытые капиталы истощают своих владельцев до отвращения к богатству, а крупные выигрыши и сказочные наследства никогда не задерживаются в распоряжении счастливчиков. Денег хотят все, но добиваются их немногие, а повелевают ими – единицы. Каждый благоволит деньгам, но никто не знает, как сделать так, чтобы их стало достаточно.

Тайна денег

Тайна денег

Кто раньше встал – того и тапки:
Простую истину бубня,
Светили бешеные бабки,
Лукаво фонарём маня.

Автор текста: Игорь Якушко
Автор изображения: Модернистка
Название изображения: «Вам светят БЕШЕНЫЕ БАБКИ!!! (визуализация мечты)»
Источник изображения

Они такие весёлые, эти старые добрые старушки, такие работящие и свойские. Они ничем не пахнут, любят счёт и липнут друг к другу. Их можно грести лопатой, когда их куры не клюют. Они кажутся столь обезоруживающе доступными, что невозможно удержаться от прикосновения к ним. Они бесполы и готовы отдаться и женщине, и мужчине – за труд, за время, за энергию, за идею. За услугу, за товар, за помощь, за слово. За удовольствие, за избавление, за потакание, за покрывание. За унижение, за безнаказанность, за подлость, за обман. За кражу, за убийство, за соучастие, за преступление. Ибо мерою денег – доля земли, доля праха в сути вещей. И тайна их – под ногами.

Женщины боготворят зеркало, для них оно – окно в мир. Их настроение, мысли, чувства, самоидентификация и мироощущение зависят от того, что видят они в том окне. Поэтому так подолгу они сосредоточены на своём отражении: не просто крутятся или прихорашиваются, но любуются, придирчиво изучают, сосредоточенно вникают, налаживают духовную связь, внемлют ей, настраиваются и общаются, черпают силы и отдают себя самоё; жертвуют временем жизни, но шагу не ступят в действительность, пока зеркало не отпустит. У женщин с зеркалом должно быть полное взаимопонимание, их отношения мистически драматичны, в них – тайна.

Мужчины этого не знают, они этого не понимают, им это женское внимание к отражению чуждо, и потому оно их раздражает. Но всё равно они ощущают мистическую подоплёку таинства, и даже бывают заворожены ею – когда не могут отвести взгляда от женщины, преображающейся на глазах при помощи косметики. Не сознавая причину транса, они относят происходящее на счёт своих чувств к объекту наблюдения и впадают в заблуждение. Многие женщины умеют пользоваться этим, пробуждая к себе мужской интерес. Женщины сморят на себя глазами мужчин, поэтому им важно видеть то же, что видно мужскому взгляду. Себя.

Женское «Я» – красота и любовь, воплощённые в чувствах, в семье, в детях, в мужском восхищении. Всё это и стремится разглядеть в зеркале каждая женщина. А вот мужчины видят в зеркале совсем другое, ибо мужское «Я» – сила и самоутверждение, воплощённые в успехе, свершениях, статусе и женской страсти. Всё это не имеет к внешности особого отношения. Зеркало для мужчин – объект мистификации, чуждый мужской натуре, предмет, которого следует остерегаться, ибо он внедряется в мир препятствием между их личностью и самоидентификацией.

И лишь коварство зеркала объединяет обе противоположности: подойдя к зеркалу, и мужчина, и женщина могут ткнуть туда пальцем и сказать себе «Это – я», и… обмануться. То, что там видно – не ты. Хотя зеркало и пытается всеми силами убедить тебя в обратном. Всмотрись внимательнее и спроси себя: хотел бы я остаться мной, после того как то, что я вижу в зеркале – а это известно совершенно точно – умрёт? Ответ положительный. Тогда что же такое это «Я»? Что мне дорого во мне в качестве меня самого? Ответ прост: самое дорогое – это личность. Именно сохранение личности волнует нас в вопросе о том, есть ли жизнь после смерти. Но – очень ли часто мы сожалеем о том, что не помним, была ли у нас прошлая жизнь? Возможно, влившись в единство мироздания после своей жизни, мы и не вспомним, что мы были нами. Поэтому самое дорогое – не то, что мы видим в зеркале, а то, что есть сейчас, и то, что подвластно памяти. То, что спрашивает себя о себе.

Зеркало, души!

Зеркало, души!

Не спрашивай у зеркала ответ
На свой вопрос «Кто я?»
Лишь только сей предмет
Окажется между тобой
И тем, кого в нём видишь –
Покажется, что разницы и нет.

Автор текста: Игорь Якушко
Автор изображения: Вячеслав Кусков
Название изображения: «Про зеркало души»
Источник изображения

Этого не видно сразу, но ведь тут в кадре три персонажа: накрашивающая губы барышня, наблюдающий за её действиями юноша и фотограф, чья левая рука бесцеремонно придаёт необходимый угол зеркалу, зажатому у барышни в руке. Точно так же и любое зеркало вмешивается в наше сознание, стоит лишь посмотреть на своё отражение. Химеры и призраки, населяющие зазеркалье, способны смешиваться с реальностью, служа факирам и порождая чудовищ. Пересадка женского рта на мужское лицо – как раз и есть такой жутковатый трюк, на который они способны. Это мгновение назначено юной паре наблюдательным фотографом, что не скрывается, и оттого выглядит забавно. Но часто ли в своей жизни мы не замечаем присутствия подобного режиссёра, жонглирующего нашим восприятием действительности?

Интересен момент, когда в человеческой жизни происходит эта подмена, когда бесконечный волшебный мир вокруг тебя вдруг схлопывается до пределов камеры-одиночки. Ведь не в одночасье же это случается? Конечно, нет. Волшебство восприятия, свойственное ребёнку, угасает постепенно, с приходом ответственности, сначала за себя, а потом – и за близких. А ответственность исподволь и целенаправленно внушается родителями, этими адептами школы жизни. Обучая выживанию, они взращивают узников. Хорошо ли это, плохо ли – так устроена жизнь, схватывающая нас в материальные тиски – с детства и до самой маразматической старости. Но стоит ли вырываться из них? И что там ещё есть, за пределами материального, кроме безумия?

А вот интересно было бы спровоцировать этих ужасных взрослых, спутать им карты. Подсунуть прозрачные деньги, жидкий телевизор или слабительный алкоголь – то есть, наделить привычные ориентиры материального мира несвойственными им качествами. Дезориентированные, они впали бы в детство, и тут бы мы взяли их тёпленькими, показав, из чего на самом деле составлена жизнь на этой планете. Но, поскольку эти фантазии и сами по себе расплывчаты, словно готический туман, поступило предложение провести эксперимент по замещению качеств у первопричинных стихий. Пусть огонь станет твердью, землёю можно будет дышать, в воздухе – плавать, а вода заискрится горением.

Пламя воды

Пламя воды

Чтоб силой своего воображенья
Свободно над землёю воспарить,
Достаточно испить огня горенье
И гладь хрустальных вод воспламенить.

Автор текста: Игорь Якушко
Автор изображения: Антон Федченко
Название изображения: «а-ля Platinum FMD))»
Источник изображения

Не имеет никакого смысла придираться к технике исполнения этой работы – любые замечания по этому поводу будут не более чем высосанным из пальца снобизмом. Её сила – в чистоте идеи. Недаром говорится, что всё гениальное просто. Это потому, что суть вещей лежит на поверхности, равно как и счастье-богатство-свобода, и прочие фантастические пейзажи, виднеющиеся у горизонта из зарешёченного окошка нашей камеры. Секрет их достижения лишь в том, чтоб научиться замечать валяющиеся под ногами богатства и обращать их в свет жизненного маяка. В большинстве своём люди не умеют делать этого, и потому, когда сталкиваются со свободной от условностей и чистой до гениальности идеей, начинают рассуждать о технических деталях, ибо не имеют возможности предъявить ничего аналогичного и просто сказать: «Смотри, я тоже свободен, я – творец, как и ты!» Им не хватает даже смелости порадоваться за человека, у которого родилась Идея, они остаются в плоскости доступного своему уровню восприятия и оказываются не в состоянии поднять голову к небу. А ведь подобные вспышки для того и рождаются, чтобы заставить нас покинуть свои уютные камеры-одиночки. И сделать шаг к горизонту.

Казалось бы, сказанное – такая очевидная банальность, что перейти от нее к художественной ценности какого-либо изображения не получится. Как бы не так! Зависимость тут прямая, если изображение послужит юмористической иллюстрацией к удивительному факту: оказывается, не все люди знают об этой мере – мере ценности достижений. Самый простой пример – это поэты и писатели, которые рвутся быть опубликованными в литературном журнале, получают отказ в публикации и в ответ на это начинают качать права. Аргументация таких несправедливо обиженных персонажей сводится к наличию своих публикаций в уважаемых изданиях, победам в престижных литературных конкурсах и отзывам восторженных читателей. «Как Вы могли отказать мне в публикации?!» – возмущаются они, сыпля такими аргументами и не отдавая себе отчета в нелепости своей позиции.

Ведь такое поведение равносильно тому, как если бы ученик, спасаясь от тройки, апеллировал к своим пятёркам по другим предметам. Как если бы свежепринятый на работу менеджер заявил о своих претензиях на высокую зарплату на том основании, что на предыдущем месте работы ему хорошо платили. Как если бы писатель, борющийся за литературную премию, представил бы конкурсной комиссии не своё произведение, а подшивку с дипломами и грамотами. Подобная нелепость невозможна, но почему же некоторые авторы этого не понимают? Более того, всякая болезненная реакция на критику есть, по большому счёту, проявление той же проблемы: люди пытаются подменить ценность очередного достижения прежними успехами.

Пройти отбор редакции журнала и опубликовать там своё стихотворение или фотографию – это достижение. Возмущаться отказом и пытаться обосновать ценность отвергнутого произведения прежними успехами – глупо и смешно. Это означает, что автор не понимает простой вещи: в журнал, не принимающий во внимание художественную ценность произведения, не было бы и смысла обращаться. Публикация в нём просто выпала бы из сферы достижений. А потому отказ реактора, зарубившего на корню незрелые творческие потуги – только благо для автора, а вовсе не топор судьбы.

Топор судьбы

Топор судьбы

Отказ редактора ударом топора
Отсёк интимное, бесценное, живое!
И автор безутешен до утра:
Был гений – евнух стал, перенеся такое.

Автор текста: Игорь Якушко
Автор изображения: Knevidin
Название изображения: «Топор судьбы»
Источник изображения

У каждого есть свой сегодняшний потолок. Чтобы перейти на следующую ступень, поднять свою планку, нужно испытать себя. Узнать, не скрыт ли под личиной гения творческий импотент, очень просто: нужно заглянуть на следующий уровень, сунуть туда палец и посмотреть на свою реакцию от ожога. Если быстро заживает и обрастает новым мясом, да ещё получше прежнего – можно двигаться дальше. Если на ожоги началась аллергия по имени гордыня – придётся её вылечить, иначе так и останешься там, где стоишь.

Особенно хороши карапузы во взрослых ролях: за рулем автомобиля, в шлеме космонавта или с гусарским аксельбантом. Родители – причем не только биологические родители модели, но и все остальные родители её, модели, однолеток – проецируют на изображённого свои педагогические намерения и сопереживают перспективам возможного в будущем счастья и успеха дитяти.

Но когда овзрослевание героя кадра достигается вкраплением порока – бутылки, табака, разврата – вот тут художник начинает лукавить. Играет он на слабостях зрелого зрителя и как бы нашёптывает ему, что – можно, грешки-то наши, в общем-то, невинны, и дети нас за них прощают. Лукавство это – с душком. Подловато оно.

Хулиган!

Хулиган!

За счастье детское мы всё отдать готовы,
Добиться многого, и многое простить:
В табачном мареве, под пиво, крепким словом
Сквозь ор из ящика ночь напролёт судить.

Автор текста: Игорь Якушко
Автор изображения: Юрий Мельников
Название изображения: «Хулиган!»
Источник изображения
Литературная иллюстрация

Не надо умиляться такими изображениями. Это хуже, чем восторженно взвизгивать над разодетым в шортики и бантики несчастным пекинесом. Делать таких пекинесов из своих детей – значит прельщать их собственным хрюканьем, бездумно втягивая их и в наш и без того омерзительный нестройный свинорылый хор. За такое умиление должно быть стыдно зрителю. Хоть автор и молодец: потрфолио, сами понимаете.

Сегодня положение художника стало еще интереснее: наряду с химической зависимостью от разных психических модуляторов у нас на глазах формируется тенденция к зависимости от средств производства. Согласитесь, было бы странно услышать о маниакальном пристрастии Леонардо к кусочку угля, которым он делал бессмертные наброски. Или о болезненной зависимости первопечатника Ивана Федорова от собственного печатного станка. Ну, или там, о маниакальном влечении Чайковского к клавесину… Дико.

А вот сегодня мы уже совершенно спокойно судачим об интернет-зависимости пользователей и ничего странного не видим в том, что все чаще художественное произведение уже не в состоянии родиться без участия компьютера. Зависимость художников и фотографов от своего ноутбука. Состояние полной беспомощности перед неоцифрованным кадром. Фотошоп-зависимость каждого, кто творит изображения: уже не возможно опубликовать ни одного кадра, предварительно не отрихтованного на компе. Цифровая техника и электронно-вычислительное оборудование, довлеющее над художником. Колдовство и магия операционной системы. Вудубук.

Вудубук

Вудубук

Оставьте ноут на ночь на столе,
Пусть поработает, пока вы спите:
Напишет стих о вороном крыле,
Изобразит вам чувства на челе,
И воплотит вас в цифре в лучшем виде.

Автор текста: Игорь Якушко
Автор изображения: George Shpikalov (Janr)
Название изображения: «VOODOOBOOK»
Источник изображения

Конечно, это просто замечательно, что теперь у нас есть колоссальные возможности для воплощения своих творческих замыслов и коммуникативных потребностей. Но за этот комфорт приходится расплачиваться собственной психикой. А ведь она у нас крепче на стала. Ни мозгов, ни душевных качеств у человека за последнее столетие не прибавилось. Но в руках у него оказались средства, по своей мощности и возможностям далеко превосходящие потенциал среднестатистического индивидуума. Искусство – четкий индикатор общественного здоровья – уже среагировало. Впереди нас ждет много занимательных трансформаций. Когда средства превращаются в цели, круг замыкается. И выхода из него не видно. А Вам?

В этом синтезе нет ничего плохого. Интересно бывает наблюдать за фантазией талантливого художника, у которого совершенно развязаны руки, здорово и самому что-нибудь намудрить и что-то этакое зафотошопить. И хорошо, что делать это теперь может каждый, кто заинтересовался – и инструменты доступны, и методы понятны. Эта свобода – лучший способ проявляться талантам, пропавшим бы в более стесненных условиях. Но и недостатки такой доступности налицо: такого невероятного количества художественного шлака, откровенной безвкусицы и непробиваемой бездарности, вырвавшейся на свободу, еще не знала история. И опять ранимым талантам трудно: пробиваться наверх, к людям, из этих эверестов навоза немыслимо трудно. И потерять себя на этом пути ничего не стоит.

Думается, в такой ситуации самое время напомнить юношам бледным со взором горящим, что есть и альтернативные, но не менее интересные художественные методы, чем сращивать кларнет с грибами, то бишь синтезировать. Методов этих много, но сейчас остановимся на одном – противоположном. Для контраста. А противоположность синтезу есть анализ.

Вот, например, обычный стакан с чаем. Художественная задача: воплотить таинство заваривания аналитическим методом. Художник, зацикленный на синтезе, непременно взрастил бы из примуса конечность с чайничком в руке, завернул бы ложечку узлом, а к ломтику лимона приделал бы ножки. Но не таков художник-аналитик! Он вот, напротив, разложил стакан с чаем на компоненты, тщательно распределил их по полотну, продуманно отнесся к источнику света и тем добился движения, изящества и вкуса.

Как приготовить чай

Как приготовить чай

Поверить алгебру гармонией не чая,
Мы просто наливаем чай в стекло,
Чью форму чай послушно принимая,
На волю вырваться отчаянно мечтает,
Осознавая, как ему не повезло.

Автор текста: Игорь Якушко
Автор изображения: Igor Dvoretskiy
Название изображения: «Как приготовить чай»
Источник изображения

Благодаря методу анализа художник смог заставить зрителя приблизиться к осмыслению природы вещей на качественно ином уровне. Именно так мы учимся замечать детали и осознавать значение предметов, явлений и событий, прежде сокрытое от нас наслоениями рутинного опыта. И чем чаще мы будем так прочищать свое сознание, тем ароматнее будет для нас чай этой жизни. С лимоном.