Детский табак
Милые детские мордашки, окрылённые озорной улыбкой – находка для фотографа. Поймать такой момент в живой мимике ребёнка – значит пополнить портфолио ещё одной удачей, достижением, демонстрирующим профессионализм автора снимка. И умилённые, потенциальные заказчики семейных портретов, конечно же, не устоят перед соблазном запечатлеть своё чадо умелою рукою мастера, способного на такие снимки.
Особенно хороши карапузы во взрослых ролях: за рулем автомобиля, в шлеме космонавта или с гусарским аксельбантом. Родители – причем не только биологические родители модели, но и все остальные родители её, модели, однолеток – проецируют на изображённого свои педагогические намерения и сопереживают перспективам возможного в будущем счастья и успеха дитяти.
Но когда овзрослевание героя кадра достигается вкраплением порока – бутылки, табака, разврата – вот тут художник начинает лукавить. Играет он на слабостях зрелого зрителя и как бы нашёптывает ему, что – можно, грешки-то наши, в общем-то, невинны, и дети нас за них прощают. Лукавство это – с душком. Подловато оно.
Хулиган!
Хулиган!
За счастье детское мы всё отдать готовы,
Добиться многого, и многое простить:
В табачном мареве, под пиво, крепким словом
Сквозь ор из ящика ночь напролёт судить.
Автор текста:
Автор изображения:
Название изображения: «Хулиган!»
Не надо умиляться такими изображениями. Это хуже, чем восторженно взвизгивать над разодетым в шортики и бантики несчастным пекинесом. Делать таких пекинесов из своих детей – значит прельщать их собственным хрюканьем, бездумно втягивая их и в наш и без того омерзительный нестройный свинорылый хор. За такое умиление должно быть стыдно зрителю. Хоть автор и молодец: потрфолио, сами понимаете.
Соблазн жертвы
Согласно фольклору, спасённая из лап чудовища принцесса в глазах освободившего её героя выглядит куда привлекательнее, чем любая красавица в мелькающем вихре кружащихся вокруг знакомец и незнакомок, как бы доступны или загадочны они ни были. Потому что истинную ценность для победителя имеет лишь добытое усилием собственной воли, а вот сочащееся доступностью – не привлекает. На этом зиждется тайна героических поступков любого донкихотского содержания: вкусно лишь выцарапанное у судьбы, добытое с кровью и с риском, желанное, бывшее целью и полученное в виде награды. Пусть даже и умозрительно. Чем упорнее дрались ахейцы с троянцами, тем ценнее делался главный трофей, прекрасная Елена. Чем труднее Персею было победить морское чудище, тем соблазнительнее для него становилась Андромеда. Эти истории повторяются на разные лады с тех самых древнегреческих пор и по сей день, находя отголоски в подвигах различных Шреков всех кинематографических мастей.
И нынешних творцов статичных изображений тема это волнует как прежде. Необходимо, чтобы тонкий стан беззащитной юной чистоты изгибался в ожидании неминуемой зверской расправы, чтоб населить воображение зрителя бряцающими доспехами возможного подвига, грозно, но справедливо оттеняющими грядущее эротическое благородство. И если художнику удаётся влить в душу зрителя нектар сопричастности, художественное вожделение обоих обретёт мощь культурологического оргазма на гребне волны всего мифотворческого опыта предшествующих поколений. Так совершается полумистическое таинство сказочной эротической чистоты.
А если голова красавицы увенчана царским символом величия, и гибкий стан окутан подвенечным, а дивное сочетание это эффектно терзаемо сгущающимися непогодами – держись, воображение зрителя, тобой беззастенчиво овладевают, соизволенья не спросясь.
Невеста дракона
Невеста дракона
Когда над юностью наивной и невинной
Грядёт неотвратимо поруганье –
Меч вон из ножен!.. Прежде чем картина
Не распылится в приступе желанья.
Автор текста:
Автор изображения:
Название изображения: «Невеста дракона»
Век за веком листает история бесконечную череду подвигов во имя спасения невинности, отягощённых последующим вожделением. За это время даже самые недалёкие барышни освоили эротизм жертвенности на генетическом уровне и пользуют его в меру своих талантов. Касаясь этой вечной темы тонкими пальцами интерпретатора, критик отыскивает в симфонии всемирного изобразительного творчества её звонкие знаки и констатирует природу прекрасного.
Зачем нужна война
Зачем и кому нужна война? Казалось бы, каждый разумный, цивилизованный, гуманный человек понимает, что чудовищнее зла и ужаснее нелепости не существует. И все мы как-то привыкли, что вокруг нас больше таких нормальных людей, а не параноиков с крышей набекрень. Однако если покопаться, оказывается, что война нужна если не всем, то очень многим. И по вполне определенным причинам.
Война нужна военным, чтобы оправдывать своё существование. Война нужна промышленникам, чтобы наживаться на производстве оружия. Война нужна работникам военно-промышленного комплекса, чтобы была работа. Война нужна государству, чтобы управлять народом через страх и модернизировать экономику. Война нужна политикам, чтобы прорваться к власти и манипулировать общественным мнением. Война нужна чиновникам, чтобы списать воровство и легализовать коррупцию. Война нужна молодым парням, чтобы покрывать себя боевой славой и становиться моральными кредиторами по отношению к спасенным. Война нужна их девочкам, чтобы приправить серые будни чувственностью, чтобы гордиться героем, чтобы возможная скорбь придала смысл их бессмысленному существованию. Война нужна матерям, чтобы веско проклинать власть имущих и свою несчастную жизнь. Война нужна борцам за мир, чтобы было с чем бороться. Война нужна художникам, чтобы поэтизировать мерзость человеческих устремлений. Война нужна зрителям, чтобы трепетать перед полотнами художников. Война нужна всем, кроме несмышленых детей, чтобы познать, как хорош мир без войны.
В конце концов, всё мироздание строится на контрастах. Не будь тьмы, не было бы и света. Не познав зла, не узнаешь добра. Не почувствовав голод, не поймешь сытости. Словом, не родившись, не умрёшь. Думайте сами, решайте сами, воевать или не воевать.
Исследуя художественные работы на военную (она же – антивоенная) тему, постараемся иметь в виду это противоречие. И пусть художник, встающий на этот скользкий путь, движим чувствами, а не приведенными рассуждениями, он не освобождается от ответственности перед обществом, разумом и моралью за последствия своей творческой деятельности. А последствия эти вполне могут оказаться противоположными чувствам, заложенным в художественное произведение. Например, когда художник яростно борется за мир, живописуя ужасы войны (этого позорного во всех отношениях дела) и воспевая подвиги защитников Отечества (этого благородного во всех отношениях предмета), его ярость остаётся яростью и – таково уж свойство произведений искусства – передается зрителю, заряжая его агрессией. Это происходит как раз потому, что сам предмет войны противоречив и двуличен. Нет большего кошмара на Земле, чем узаконенное убийство одних людей другими. Но нет и более трудноразрешимой нравственной, общественно-политической и художественной задачи, которую этот кошмар собой представляет в реальном положении дел. Мне не нужна война, тебе не нужна война, никому не нужна война, но катастрофа заключается в том, что никто из нас от нее никогда не откажется. Бедные люди.
Война
Война
Пусть выдрана с мясом свинцовая пуля,
Внутри их довольно, свинец – наша суть.
Воздета к вершине, ты – натиск и буря,
Смысл гипсовых статуй, наш светоч и путь.
Автор текста:
Автор изображения:
Название изображения: «War»
Прозекторские подробности в приведенном изображении повергают в трепет. Мысли о недопустимости насилия теснятся в голове зрителя. Но приглядитесь: как стройна эта безупречно-гипсовая композиция со своей кровавой вершиной и отвратительным высыпающимся содержимым. Непробиваемая безысходность! Пессимистичнее что-либо трудно себе вообразить. Но разве мог бы появиться не свет такой шедевр, не будь на свете войны, вдохновившей художника на этот печальный жест?
Черты – с лица!
Бывают случаи, когда некоторые ключевые детали изображения лучше если не ликвидировать вовсе, то значительно размыть. Только таким способом возможно рассредоточить внимание зрителя по композиции и показать ему те значимые её элементы, внимание от которых иначе непременно бы ускользнуло. Например, в одной из представленных ранее работ (давно, еще в 2007г.), символ «Безмолвие» был реализован автором посредством затыкания рта модели рыбой. Блестящая идея! Но на фоне метода размытия деталей, который воплощён в сегодняшнем изображении, инсталляция с рыбой кажется уже неудачной. 
Потому что зрителю, рассматривающему эту рыбу во рту, невозможно отвлечься от совершенно ненужной в данном случае такой детали, как личность модели. Невольно начинаешь вглядываться в черты лица молодого человека, оказавшегося в этой неудобной роли, выписанные так реально и чётко, словно перед нами портрет, а не символ. А поскольку черты лица этого парня, как и положено чертам лица моделей, довольно стандартны, то вместо впечатления от символа «Безмолвие» зритель задумывается о том, что где-то это лицо он уже видел, и что как, наверное, противно было ему сидеть с рыбой во рту, и за какую же плату бедняга согласился участвовать в этом безобразии, и автор такой работы от всего этого кажется уже каким-то извращенцем, и, в общем, получается, что художественная задача не решена.
Сегодня же у нас на вооружении есть способ размыть фокус в избранных местах изображения, и этот способ можно применить в таких ключевых отвлекающих точках. Вот, например, выражение лица человека в момент оргазма – предмет возбужденного хихиканья малолетних придурков, онанистов-недоумков и просто культурно неразвитых людей. Даже если это выражение – элемент высокохудожественного изображения. Потому что это – ненужная деталь. Куда важнее тут танец тел, игра теней на их изгибах, пупырышки на коже и цветовая гамма. Не будь лица с закаченными глазами – возможно, было бы меньше плоских шуток и больше положительных эмоций в адрес такой работы. Вот тут как раз и можно нивелировать лицо и напустить туману на детали. И если не переборщить с размытостью (чтобы не стало похоже на скандальную хронику), тогда может получиться эстетически устойчивое произведение.
Protection
Protection
Дождём размыть свои лицо и руки
Во имя единения с тобой,
Слияния, зависимости, муки
Быть обезличенным и мёртвым… на живой.
Автор текста:
Автор изображения:
Название изображения: «Protection»
Вертикальная разлинованность фона, засвеченность этого фона над Его спиной, прикрывающей женский стан, словно от струй дождя, почти полное растворение в этом фоне Eё правой руки, медитативное спокойствие и отчужденность благодаря контрасту и гармонии поз и, главное, размытый смысловой центр – вот что завораживает воображение зрителя и делает эту работу художественно совершенной. Браво, любовь победит.