Навязчивое беспокойство
Обречённые. Несчастные обречённые. Правда, они не знают, что они несчастные.
Аркадий и Борис Стругацкие. Беспокойство
Беспокойство свойственно всем, и хоть его причисляют к страданиям, не всем оно вредит. Во-первых, потому что вызывается разными причинами, а во-вторых, потому что, независимо от характера, протекает примерно одинаково. Беспокойство за будущее или из-за прошлого. Беспокойство за себя, за близких или за судьбы отечества. Беспокойство за состоятельность, соответствие, защищённость. За здоровье, из-за денег, от страха наказания, катастрофы, судьбы. Неспокойная совесть, тяготы сомнений, переживание несправедливости, негодование, вызванное негодяями. Работа, пища, воздух, любовь, замкнутое пространство, неадекватность, публичные действия, божья кара, смысл жизни, чувство голода, боль, поражение, победа, предчувствия, вещие сны, мнительность, подозрения… И так далее, и так далее, причины у каждого свои, имя им легион.
А вот протекает это ощущение у всех идентично: оно как камушек в обуви – непонятно, откуда берётся, но не позволяет спокойно шагать. Приходится останавливаться, разуваться, вытряхивать помеху, часто даже не успевая заметить, что это было, обуваться, проверять, помогло ли, на первом осторожном шаге. Бывает, что через несколько шагов проблема возвращается, и тогда приходится разбираться с нею основательнее.
Но иногда беспокойство не проходит, становится навязчивым. Вызванное разными причинами, оно преследует, и отвязаться от него не получается, поскольку причины эти неведомы. Вот тогда-то и начинается настоящая мука, от которой иной на стенку лезет, другой спивается, прочие же вымещают злобу друг на друге. Но ничего из этого не помогает, и каждый камушек в ботинке бойко прирастает новыми помехами, и вот уже вокруг, прихрамывая, передвигаются люди, почти не способные к прямохождению, и звон в ушах стоит от их материализовавшихся писклявых, жужжащих переживаний, роем кружащихся вокруг головы каждого.
Навязчивое беспокойство
Навязчивое беспокойство
Зуд, жужжащий в мыслях, нелегко унять:
Мухами тревоги вьются между нами.
Волосы не вырвать, кожу не содрать,
Не забраться в череп голыми руками!
Автор текста: Игорь Якушко
Автор изображения: Xenia Garcia
Название изображения: «»Злые мысли» по мотивам Анни Шмидт»
Источник изображения
Литературная иллюстрация
Если не принимать во внимание психиатрическую патологию, то непрекращающаяся обеспокоенность оказывается движителем жизни: никто б с места не двинулся, не зуди у него над ухом какая-нибудь тревога. Как и всякий дискомфорт, беспокойство понуждает нас отрывать зад от стула и покидать насиженное. Поэтому горе тем, у кого всё хорошо: на вопрос о делах так отвечают лишь те, кто жаждет сочувствия. Боле того, если вам не о чем тревожиться, приоткройте занавеску и бросьте взгляд за окно: нужно срочно проверить, не наступил ли индивидуальный конец света. Но с другой стороны – как отвратительны эти мухи и как безнадёжно заломлены руки, вцепившиеся в бесполезно пробивающуюся седину, как истощены члены и как сверлит взгляд, упрёком брошенный в объектив! Неужели мы обречены? Отнюдь. Насекомых необходимо отвлечь какой-нибудь медовою плюшкой творческого акта, направить их беспорядочную энергию в созидательное русло, а самому тем временем тихонько улизнуть. В таких делах важна перезагрузка, это лучший способ не завязнуть в беспокойстве.
Подъёмная сила
Взлёт возможен только в том случае, если подъёмная сила больше веса взлетающего объекта.
Википедия
Какой странной оказалась бы жизнь, если бы воздух стал средой нашего обитания. Достаточно уже одного того, что вместо двухмерного движения в пределах единственной плоскости по поверхности земли перед нами открылась бы трёхмерная безграничность: разница невероятна. Только представьте себе: вот вы стоите, уперев руки в бока, обозреваете горизонт, оцениваете намётанным взглядом направление и силу ветра, плотность облачности, температуру и влажность воздуха. Прикидываете траекторию взлёта. Взбадриваете себя подпрыгиванием или хлопаньем в ладоши. Начинаете разгоняться. Сначала медленно, потом всё быстрее, наращивая темп движения до ощутимой скорости, когда ветер свистит в ушах и звуки окружающего мира скрадываются, пока не повернёшь голову набок, как на велосипеде. Мышцы пружинисто и слаженно толкают вас вперёд.
Набрав достаточную скорость, выбрасываете в стороны руки: никаких крыльев у вас нет, они не нужны. Сила движения захватывает вас, с выбрасыванием рук она сосредотачивается в груди и на кончиках пальцев невидимыми, но мощными энергетическими сгустками. Вы ощущаете, как нарастает подъёмная сила, и тело становится легче. Напрягаете волю и сосредотачиваетесь на возрастающей вертикальной тяге. И вдруг носки обуви в последний раз чиркают по асфальту, ноги по инерции делают несколько круговых движений в воздухе и вытягиваются, спина распрямляется. Вы оторвались от земли! Плавно набираете высоту, лететь всё легче: вынужденная сосредоточенность взлёта проходит, вы ослабляете напряжение воли. Вы воспарили над лентой удаляющейся дороги. Невероятная ширь раздвигается вокруг разбегающейся окружностью горизонта, который тут же теряется и тает в зыбкой воздушной дымке. Прохладные струи плотного высотного ветра струятся по рукам и ногам. Вы поворачиваете голову и полной грудью вдыхаете свободу. Вы летите. И это так естественно, так просто, и нет ничего, кроме вашего парящего тела, блаженства бесконечной свободы и радости поющего сердца.
Посмотрите вниз: цветущая земля раскинулась далеко внизу, она прекрасна, как может быть прекрасна земля лишь с высоты вашего полёта. Ещё совсем недавно, пока вы находились там, внизу, её блага, плоды и тепло казались вам единственным и необходимым, из чего только и может состоять жизнь. Теперь же, когда у вас нет ничего лишнего, вдруг стало понятно, что никакие земные радости не могут сравниться с тем, что вы ощущаете сейчас. Вы парите над землёю и не променяете это чувство полёта ни на что земное. К чему нужны тёмные сырые норы с кладовыми какого-то барахла, не имеющего к вам никакого отношения, если теперь всё небо принадлежит вам? Зачем война за тёплую жижу приземлённого, если вы в силах мчаться по воздуху, куда хотите, одной лишь силой своей воли? Вы оставляете груды чуждого хлама без всякого сожаления и устремляетесь навстречу ветру, солнцу и красоте…
Подъёмная сила
Подъёмная сила
Летать легко, здесь нет секрета:
Достаточно не брать в полёт
Ни одного из тех предметов,
Что подниматься не даёт.
Автор текста: Игорь Якушко
Автор изображения: TTargiTTay
Название изображения: «А у нас тут люди летают…»
Источник изображения
Литературная иллюстрация
В скорбном и бестолковом копошении червей, которое многие из нас принимают за объективную узаконенность существования, полёту места нет. Мы ежедневно вступаем в битву за всё, что кажется нам жизненно необходимым, и неизбежно проигрываем её, преумножая страдание, поскольку предметы нашего вожделения в действительности нам не нужны, а когда становятся нашими, то владение ими оказывается условно и преходяще. Но, тем не менее, возможность для разбега есть у каждого. Хоть взлётная полоса обычно и завалена мусором, она существует, и кое-кому удаётся-таки ею воспользоваться. Сделать это просто: чтобы взлететь, достаточно стать творцом. Просто потому, что радость созидания и есть то самое чувство полёта, то ощущение свободы, описанное выше. Оно посещает автора на протяжении всего акта творения и достигает пика в момент его завершения. Оно питается той самой энергией, что нарастает во время разбега и толкает ввысь, как только человек отрешается от суеты. Блаженство творческого экстаза несравнимо ни с какими земными благами. И даже в ту секунду, когда пишутся эти строки, оно обуревает их автора и возносит всё его существо к неземному. Сейчас оно пройдёт. Но сила его в том, что его невозможно отнять, ибо оно множится, лишь будучи даримым. И оно обязательно повторится вновь, и будет повторяться всегда и у каждого, кто только этого захочет. Это и есть секрет подъёмной силы нашего существования, настолько простой и ясный, что и говорить о нём невозможно, а можно лишь воспевать и радоваться.